Земельный участок продали в девять раз дешевле рынка — Верховный суд объяснил: многократное занижение цены само по себе доказывает, что покупатель знал о цели вывести имущество из-под кредиторов

Конкурсный управляющий должника оспорил договор купли-продажи земельного участка площадью почти 2 850 кв. м, проданного за 426 150 рублей — в три раза ниже кадастровой стоимости и более чем в девять раз ниже рыночной. Первая инстанция признала сделку недействительной, посчитав встречное предоставление неравноценным, а апелляция и кассация её отменили: по их мнению, не доказано ни то, что покупатель знал о неплатёжеспособности должника, ни цель причинить вред кредиторам, а раз должник получил хоть какое-то встречное предоставление, цена значения не имеет. Верховный суд восстановил определение первой инстанции. Осведомлённость покупателя о противоправной цели сделки может доказываться через опровержимые презумпции: заинтересованность сторон, знание о признаках неплатёжеспособности должника или об ущемлении интересов его кредиторов. Суду следует сравнить поведение контрагента должника с поведением разумного и осмотрительного участника оборота в той же обстановке — существенное отклонение от обычных стандартов само по себе подозрительно, если не доказано и не объяснено иначе. Покупка имущества по цене в разы ниже кадастровой и рыночной не может считаться осмотрительным поведением: столь многократное занижение стоимости неизбежно порождает у любого добросовестного участника оборота сомнения в правомерности сделки. В такой ситуации предполагается, что покупатель либо действует совместно с должником, зная о его намерении вывести имущество из-под угрозы взыскания, либо по крайней мере понимает, что контролирующие должника лица избавляются от актива по причинам, не связанным с экономическими интересами компании — то есть прямо или косвенно осведомлён о противоправной цели. Ответчик же не раскрыл никаких индивидуальных характеристик участка, которые объективно снижали бы его стоимость, не заявил ходатайство об экспертизе рыночной цены и не представил доказательств реальной оплаты — бремя опровержения этих сомнений лежало на нём, но он его не исполнил.